msannelissa: (Default)


Перед вами очень редкий кадр. Снято рано утром в месте отдыха москвичей – не скажу точнее, где. Ужас, правда? Вот и не хочется, чтобы лучи возмущения летели в наших коммунальщиков.

Коммунальщики не виноваты в том, что так буйно у нас отдыхает народ. Над зелёной зоной стоит шашлычный дым. Впечатление такое, что у граждан всю неделю маковой росинки во рту не было. Поесть на свежем воздухе – это культ, это святое, это наше всё! Пусть в пределах ста метров расположены несколько точек общепита и собственная квартира. Всё равно мы будем стремиться пожарить шашлык под кустом на улице. Да хоть на балконе!

Так что не пугайтесь. Просто ещё очень рано. Пройдёт два часа – и на этом месте будет идеальная чистота. Мусор уберут, съедят и сдадут. Желающих много. С раннего утра в этих местах собираются чайки, вороны, бродячие собаки и люди.

Выжить в большом городе без средств к выживанию – искусство, более доступное летом, чем зимой. На лавках можно спать. В мангалах так и горит огонь – от него тепло. Отдыхающие оставили уголь и еду. Даже бывает, что и вина немного оставят. Пиршество возобновляется сразу же, как только первая (законная) компания уходит. Раньше этим занимался лишь определённый контингент без определённого места жительства. Теперь – здесь можно встретить кого угодно. Может быть, скоро и стесняться перестанем. Но пока что в кадр никто не хочет. Я и не настаиваю. Зачем?

Но сейчас уже почти норма – утром обойти такие места в надежде найти чьи-то забытые вещи, например. Встретился мне здесь серьёзный человек с металлоискателем -- по виду явно не бомж.

Многие занимаются алюминиевыми банками. Эти урожаи здесь богаты. Тем же промышляют и законные хозяева зоны отдыха – дворники. Собирают также оставленный отдыхающими уголь. Не знаю зачем. Встретила я и женщину, которая приходит сюда покормить собаку. Сидит на лавке, а рядом мохнатая собачонка ест булку. Если мясо – редкость, то уж хлеб, зелень и овощи найдёшь почти всегда. Самое урожайное время – утро субботы, воскресенья и понедельника. Лучшие праздники – майские. Тогда пируют все. В другие дни может повезти только в хорошую погоду.

Из пернатых – точку держат вороны. После того, как одна из чаек была заживо ощипана и затем убита, чайки отсюда пропали более чем на месяц. Сейчас они появились вновь. Держатся вместе. Чайки выигрывают у ворон в искусстве полёта – но вороны хитрее и сильнее. Голубей по утрам нет в принципе – в отсутствие стражей порядка в лице человека они – еда.

На фото Аська отрабатывает выдержку. Так собаку учат не брать разложенное вокруг съестное. Потренируемся и поедем домой.
 
msannelissa: (Default)

Я видела это в прекрасном фильме под названием Океан. У всего живущего в море -- как и в мире -- своя тактика. Как спастись от хищника, если скрыться некуда и передвигается он так же быстро, как ты сам? Переливающийся косяк мелких рыб -- завораживающее зрелище. Окружённый живым серебром, хищник проплывает, как нож сквозь масло -- и остаётся голодным. Почему?
Именно за этим-то мелкая рыбёшка и держится вместе.
Хищнику ничего не стоит поймать одну рыбку. Но, со всех сторон окружённый ускользающей, подвижной добычей, он дезориентирован. Он в буквальном смысле этих слов не знает, кого хватать. Это кажется неправдоподобным, но мы видим, что тактика работает. Это зафиксировано во множестве документальных лент об океане. Да и для чего бы ещё маленькие рыбки, даже в аквариуме, сбивались в стайку при малейшем испуге?

Мы так через турникеты в метро с собаками проходили.
Каюсь -- нарушали. Но я считаю, что запрет на проезд в метро с собаками давно следует отменить. Это -- оскорбительная дискриминация, если называть вещи своими именами. В лондонском метро нет таких ограничений, только требуется, чтоб на эскалаторе собака была на руках. Зато московское метро в то время изобиловало дворнягами, обитавшими на каждой станции -- и круглый знак с перечёркнутой собакой к ним не относился. Ну не абсурд?
Перед турникетами мы расходились как бы в разные немного стороны. Мы двигались на линию турникетов ровным шагом, но по отдельности. Несколько человек -- каждый с собакой -- проходили через турникеты одновременно, но в разных местах. Ошарашенные контролёры не знали, кого задерживать. Мы же, пользуясь мгновенной заминкой, оказывались внутри.
Ни разу эта тактика не подвела. К слову бы заметила, что люди с собаками не просто так ездят в метро. Едут, например. спортсмены-кинологи, едут будущие спасатели на свои непростые тренировки, едут канис-терапевты лечить больных детей. Но чиновники почему-то ненавидят людей с собаками даже больше, чем людей без собак.

Но я не об этом. Я вот всё это к чему.
Огромное количество мелких нарушений в одном уголовном деле -- на мой взгляд, применение той же самой тактики.
Перепутали протоколы допросов. Вырвали из дела лист. Исказили показания свидетеля при подготовке протокола судебного заседания. Раз, ещё раз, много раз. Вплоть до неверно записанных паспортных данных. Указать на что-то одно -- ну, мелочь же. Мелочь!
Опечатка, с кем не бывает. Ошибка техническая. Даже стыдно как-то об этом говорить.
А всего их до сотни в одном деле, этих мелочей. Если дело длинное, как у нас, то и не за первую сотню перевалит.

Случайность? Угу. Только все эти якобы случайные ошибки почему-то работают строго в одном направлении.
Доказать почти невозможно. Легко поймать за руку того, кто солгал явно и существенно. Здесь же мы на зыбкой почве догадок, умозрительных выводов. Даже если определённая направленность следствия и затем суда по совокупности мелких подтасовок очевидна, то как её доказать?

Ну найдётся грамотный въедливый адвокат (сколько денег он стоит, представляете?), который в апелляционной жалобе перечислит их все. Каков будет объём такой жалобы? Полагаю, что листов 50. Ну и кто, в каком вышестоящем суде вообще возьмётся читать всё это?

Если же такого адвоката нет, то представьте себе отчаяние, которое чувствует осуждённый в этом океане беззакония. И как опускаются руки, когда -- видишь вроде всё. а доказать не можешь. Ясно же, что скажут -- ошибка, опечатка. Ну две опечатки. Ну четыре. Ну сорок. У Вас всё, гражданин осуждённый?
В этом отношении спасительной находкой оказывается формат ЖЖ. Каждой рыбе можно посвящать по отдельному посту. Причём делать это неограниченно долго, пока все эти рыбы не закончатся. Я не устану.
Только повисает вопрос. Почему Химкинский суд, даже видя, что его тактика мелких подтасовок при фабрикации дела понята и расшифрована, применил её же второй раз?

Да, банальный очевидный ответ тот, что Химкинскому суду наплевать. Может быть, кто-то кое-где считает, что в первый раз -- летом 2015 года -- недосмотрел. Мы не знаем, какой оборотень в Московском областном суде, может быть, уже обещал оборотню в городе Химки, что на этот раз апелляционный суд оставит приговор без изменения. Что бы там защита ни говорила и на какие бы нарушения она ни указала. Разве в МОС не может быть оборотней? Было дело, их даже и в более высоких инстанциях ловили. Мы сейчас не знаем, какой крысе и когда мы наступили на хвост. Нас хотят растоптать показательно, чтоб никто не смел больше жалобы писать и ловить чинуш на вранье.



Но есть и другой ответ, дополнительный. Другой тактики у неправого суда просто нет.

Это как мошенническая схема. Вы не замечали, что жулики, которые
подбрасывают кошельки на улице;
или представляются социальными работниками,
или детскими голосами звонят на чужие телефонные номера -- люди, вообще-то, весьма тупые? Было дело -- находчивые граждане ставили в дурацкое положение их самих, если только вели себя нестандартно.
Схемы разводов придумывают не сами мошенники. Подозреваю, что авторы схем -- особые люди, и что они пользуются в уголовном мире большим уважением. Рядовые мошенники все эти схемы только применяют, и, конечно, им сильно мешает в их чёрных делах Интернет. Стоит схему раз-другой применить -- и уже народ впечатлениями делится, народ начеку.


Так вот и методика фальсификации дела с помощью десятков мелких подтасовок и циничных, но небольших нарушений -- явно же не следователем Дорошенко и не судьёй Морозовой разработана.
Уж не преподают ли курс “Фабрикация уголовного дела” в юридических вузах? Интересно было бы узнать. Но подозреваю, что на этот вопрос никто не захочет ответить.


msannelissa: (Default)
Пока Аська хулиганит и мусорит, Лиса наводит порядок.


И да поселятся в вашем доме мир и благоденствие, и пусть за порядком в нём будут следить даже собаки. С Рождеством!

msannelissa: (Default)
Почему собаки не играют в покер?
Потому что, когда им приходит карта,
они виляют хвостом!
(с) Willie Bee


Собаку не примут на работу следователем в Химкинский следственный отдел. Это связано с тем, что в Химкинском следственном отделе принято играть. Так, светлой памяти, ныне осужденный Дорошенко Н.В., ранее старший следователь Химкинского СО, старший лейтенант юстиции профессионально  играл в покер.
msannelissa: (Default)


Догадываетесь, кто на фото?
Крысы это. Обычные серые крысы, Rattus Norvegicus Berk., в возрасте примерно трёх недель. При рождении они так малы, что не могут сами поддерживать температуру своего тела. Поэтому их и много. В первые часы после рождения мать ведёт себя с ними, как наседка. Дети у неё в кучке, все вместе. Она постоянно следит, чтобы тем, кто в серединке, не было жарко, а тем, кто с краю, холодно. Кого-то переложит на край, кого-то – поглубже в кучку. Пройдёт время, крысята вырастут, а привычка греться друг об друга и греть друг друга у них останется. Они ведь и взрослые в норах так спят – тепло и тесно.

Иногда услышишь: зачем любить животных? Зачем тратить себя на них? Назидательно: людей надо любить. Детей надо любить, а не крыс (кошек, лошадей, …). Надо помогать старикам, инвалидам, сиротам – словом, направлять свои добрые чувства по правильному адресу.

Думала над этим. Пришла к выводу, что любовь не отвешивают на аптекарских весах.
Она как-то или присутствует, или нет. Она не бывает и не может быть избирательной.
Любите детей и не любите собак? А ребёнок с собакой какие чувства у вас вызывает?

Часов в восемь вечера на скамейке сидел мальчик лет десяти. На руках он держал щенка дворняжки. До того он стоял в переходе, а теперь устал и присел там, где мимо скамейки шло побольше прохожих. Всем идущим мимо он говорил: возьмите щенка, пожалуйста, меня мама не пускает с ним домой.
Люди проходили. Мальчик не уходил. Наступала ночь, а он так и сидел на скамейке со своим щенком.

Это было очень давно. Я не знаю, чем дело кончилось. Я не знаю, кем этот парень вырос и есть ли собака у его детей. Или, может быть, он гордится непреклонностью своих родителей и ставит их в пример?

Я тогда была в числе тех, кто прошёл мимо. Мне стыдно до сих пор.
Да, я тоже была школьницей, только чуть старше.
И мне было некуда взять щенка. Но остановиться и сесть рядом я могла!

Вот как-то бывают в жизни моменты, которые потом, даже много лет спустя, всей своей жизнью пытаешься исправить. Хотя как бы и не виноват ни в чём вроде. А вот всё равно: что-то было не так. Нет уж. И пускай не учат меня, кого надо любить и жалеть, а кого не надо.


msannelissa: (Default)
Про эту наглую лаечью личность здесь уже рассказывалось.

Мы сейчас регулярно ходим на аджилити. Активной и не в меру хитрой собаке без спорта никуда. Вообще для того, чтобы быть владельцем городской лайки, нужно запастись: вагоном упрямства, бездной терпения, элементом здорового пофигизма, юмором, интеллектом, знаниями, а также, не в последнюю очередь – умением посылать подальше охотников. Без него вы в один миг «узнаете», что лайки – неуправляемые, злобные, дикие животные, что дрессировать их невозможно, а держать в городе и вовсе нельзя. Да уж, да уж, как бы не так! Людям в городе хуже, чем собакам. А про то, как лаек невозможно дрессировать, спросите Аськину подругу Алайзу, обладательницу ОКД-1 и многократного победителя соревнований.

В общем, есть в аджилити такая штука, как зоновые снаряды. Это – горка, качели и бум. Если через барьеры надо прыгать, то зоновые следует именно пробегать, ни в коем случае с них не соскакивая. Говорят, что это требование родилось из соображений безопасности. Теперь для наглядности начало и конец бума, горки, качелей всегда выкрашены в другой цвет - это и есть зоны, на которые собака должна наступить хотя бы одной лапой. Не наступила, прыгнула некстати – на соревнованиях будет штраф. А попробуй научи собаку на полной скорости, в азарте, в минуту наивысшего возбуждения следить ещё за этими самыми зонами! Это – целое искусство, которому спортсмены уделяют очень много внимания.

Скажем, вот собака проходит бум – хорошо видна вторая зона, а на заднем плане за спиной тренера стоит горка. Причём и спортсменка, и тренер внимательно следят за тем, как собака сейчас пройдёт зону. Это ключевой момент всей тренировки (фото отсюда).


Самый сложный из зоновых снарядов – качели. Первый раз заходить на них просто страшно! А какое искушение соскочить! Но вообще это должно выглядеть вот так (отсюда)


или так. Сейчас качели опустятся, и собака помчится дальше
(фото отсюда, там много ещё можно чего почитать интересного)


Аське мы кладём мисочку с лакомством после зоновых снарядов. Собака привыкает, что её ждёт сюрприз, и начинает притормаживать на зонах. Если повторять это изо дня в день, из тренировки в тренировку, то привычка правильно пробегать зоны станет второй натурой. Со временем мисочки с лакомством забудутся, а привычка останется.

Так в теории. Но, как говорится, гладко было на бумаге…
Можно ведь и спрыгнуть, а потом подбежать и очистить мисочку.
Можно вместо бега по трассе просто удрать, быстренько обежать горку, бум и качели, проверить, не положено ли рядом с ними что-нибудь вкусное, собрать урожай, а потом вернуться.
Ещё интереснее удрать и сделать это, когда на трассу выходит другая собака.
Можно ещё, конечно, стянуть у кого-нибудь из рюкзака пакет с лакомством и просто слопать в одно лицо. Только это уже неспортивно.

Но увы! На каждую хитрую лаечью морду находятся и у хозяйки разные хитрости. Тренер кладёт лакомство не заранее, а в точно выверенный момент. В случает чего – может и ногой прикрыть мисочку. А нахальной Аське строго укажет: Не жульничать! Тогда лайке ничего не останется, как вернуться на трассу. Самое же главное – она и сама постепенно входит во вкус. У неё просыпается интерес. В ожидании своей очереди она уже не смотрит по сторонам, а внимательно следит: что за трассу тренер поставила на этот раз?

И ещё она умеет считать. С самого начала ей клали в мисочку два кусочка лакомства. Так теперь, если положить не два кусочка, а один, то она не бежит по трассе дальше, а стоит на зоне и ждёт второго.

msannelissa: (Default)
4 ноября мы первый раз скакали на соревнованиях.
С тех пор, как мы возобновили тренировки, Аська научилась ходить слалом, не бояться качелей и останавливаться на зонах в ожидании лакомства. Ещё она усвоила, что по трассе бегают не куда попало, а  куда нужно. Что-то начало у нас ней понемногу на тренировках получаться. Но на соревнованиях собака ведёт себя не так, как на тренировках. Все ваши ошибки здесь можно смело умножать на четыре. По этой причине заядлые спортсмены выходят со щенком на соревнования как можно раньше, чтобы любой стадион для собаки был как дом родной. У нас с Аськой такой возможности не было.

Люберцы (Новый Легион) – одна из лучших наших площадок. Она славится очень хорошей организацией соревнований, а тут ещё погода не подвела, в результате на соревнованиях был аншлаг. В каждой категории, а их три по росту собаки – крупные, помельче и совсем малявки – было заявлено около 20 спортивных пар. Удачный забег длится 30 секунд, или меньше, но умножьте это на такое количество участников! Было ясно, что до темноты соревнования не кончатся. Мы-то заявились лишь на две первые трассы – нулевого и первого уровня сложности – и когда уезжали, всё ещё только начиналось.

Впрочем, нам и этого хватило. Аське сразу как снесло крышу от праздничной и незнакомой обстановки – так та крыша и не встала на место до самого вечера. Новая площадка, незнакомые люди, собаки, вся атмосфера – и какое уж тут послушание, Ася готова была весь день танцевать на хвосте. Трассы для новичков при этом оказались не такими уж простыми. Три барьера, тоннель, поворот, ещё четыре по кругу, снова в тоннель – хожу, учу, а сама думаю: как её вывести на старт? Ведь не устоит моя собака на старте, ну и как я её догоню? Ладно, делать нечего, попытка – не пытка, попробуем…

Очередь подходит, собака моя на старте, естественно, не стоит, то есть стоит, но совсем чуть-чуть, мало мы это тренировали! – в результате после тоннеля я её теряю, но всё-таки вывожу на траекторию, дальше уже проще – и финиш!

После забега даже вспомнить не могу, как бежала, что делала? Удивительно, но похоже, что мы не сняты, а потеряли только время. И ещё отказ, может быть, нам засчитан. Отказ – это когда собака пробегает мимо препятствия, но сразу возвращается и его преодолевает. Это пять баллов штрафа. Чаще всего это происходит по вине спортсмена, жестов которого собака не поняла.

Только Аська довольна, прыгает вокруг, требует любимого тухлого мяса и получает его – заслужила! Организаторы переставляют трассу на вторую, более сложную. Выносят зоновые снаряды – горку, качели и бум. Награждение застаёт нас врасплох. Объявляют нашу категорию, и сразу же – третье место – мы!

Бегу со всех ног за собакой, с поводком возиться некогда – просто отпускаю и мчимся мы на пьедестал вместе. Там приходится мне сесть на это вертлявое создание почти что верхом – интересно, какие фото получились в результате?

На второй трассе я сделала для себя открытие. Оказалось, что собака моя валяет дурочку только до старта, и немного на старте. На трассе же она свою голову включает, и бежит очень даже вдумчиво и при этом тщательно за мной следит. Потеряли мы только на том, что слишком надолго задерживались на зоновых снарядах (как многие молодые собаки на этом этапе), и ещё в слалом не с первой попытки вошли. А это отказ и потеря времени. В результате на этот раз мы в призы не попали. Нам и так хватило для первого раза. Да ещё с такими соперниками – шутка ли, вторыми в этом забеге оказались наш тренер и её молодая собака, старше Аськи.

Вот так вместе мы провели праздничный день. Теперь можно и поспать!



msannelissa: (Default)
... Так иногда и подумаешь: ну и для чего нам всё это? Зачем подниматься в пять часов утра, когда ещё темно, и спросонья не поймёшь, какая погода за окном? Что это: лужи или так блестит асфальт? Для чего бежать на раннюю электричку, чтобы успеть на площадку к расстановке трассы? Не лучше ли было бы подольше поспать, а потом посвятить себя чему-то безусловно полезному?



А досужие непрошеные защитники моих животных непременно вставят, что не нужен собакам спорт, не собаки его придумали, и нет собакам никакого дела до призов и побед. Им бы поваляться на диване, погрызть косточку, побегать по помойкам, разорвать бездомного котёнка, облаять прохожих, погоняться за машинами, снова поесть и счастливыми лечь спать. Для чего мы к ним пристаём с дрессировкой, тренировками, соревнованиями?

Но горе-защитники неправы. Я видела, как спортсмены разгоняют собак и как собаки входят во вкус. Видела азарт и восторг в собачьих глазах. Да, собака и человек мыслят принципиально по-разному, а вот чувства, эмоции у них и у нас очень похожи. Им доступны и горечь поражения, и радость победы. Ревность, гнев, обида, страх, благодарность, радость, счастье – всё это понятия общие для них и для нас.

И ещё. Для собаки нет более комфортного состояния, чем жить с человеком одной жизнью, заниматься одним делом. Что это за дело – вообще говоря, неважно. Лишь бы это была не охота. Почему за счастье двоих должен расплачиваться жизнью кто-то третий?

Тот, кто придумал аджилити, хотел создать светлый и радостный спорт, от которого люди и собаки получали бы только удовольствие. В аджилити под запретом любые методы принуждения. На собаке нет ни поводка, ни ошейника, а у человека в руках нет ничего, что могло бы, даже теоретически, представлять угрозу. Собаку принято только хвалить. Ну а если она делает что-то не так? Так она это не нарочно делает. Приглядитесь к себе, проанализируйте каждоё своё движение. И увидите, что собака всегда старается всё сделать правильно, просто это вы ошиблись.

Аджилити учит сотрудничеству, пониманию. Мне нравится этот спорт, потому что он заставляет работать головой ещё больше, чем ногами.

Правила аджилити не сложнее футбольных. Собака на скорость пробегает трассу с препятствиями. Трасса всегда новая – её определяет (ставит, как говорят спортсмены) главный судья соревнований. Собаке эта трасса незнакома полностью, но вам она после так называемой разминки известна. Ваша задача – провести собаку по трассе так, чтобы она пробежала быстро и без ошибок. Преодолевать препятствия самому нельзя, использовать любые предметы – тоже. В остальном управление собакой остаётся на ваше усмотрение. В общих чертах это, наверное, всё.

В сети достаточно материалов об аджилити. Например, здесь выложены правила полностью. Несложно найти и адреса площадок, где занимаются аджилити. А насчёт почему…

Почему вообще люди занимаются спортом? Для чего нам книги, природа, искусство, путешествия? Да, нам долго было не до аджилити, это точно. Но стоило судьбе чуть-чуть разжать когти – и мы снова  на тренировке. Только уже вчетвером, а не втроём.
Доброе утро, Сокольники!
msannelissa: (Default)
Мы снова записались на соревнования после долгого перерыва.


Ну и пусть в классе ветеранов. Пусть вместе с нами бежит только одна собака. Пусть главное - участие. Но ведь надо же с чего-то начинать, не так ли?
Вот мы и начнём. Заново. Может быть...
msannelissa: (Default)
Раз уж начала о собаках, то стоит показать и старшую. Вот Алайза.



Ей сейчас 11 лет. Много лет выступала на соревнованиях по общему курсу дрессировки (ОКД), защитно-караульной службе (ЗКС), аджилити, участвовала в киносъемках и шоу. Собакой она, вообще говоря, себя не считает.

Из-за нее сейчас никто больше не может сказать, будто карело-финские лайки не поддаются дрессировке. Это у охотников не поддаются. Мне же кажется, что от лайки можно добиться чего угодно, просто ее надо любить и понимать. Впрочем. это относится ко всем, даже к людям.
msannelissa: (Default)


Аська – это наша младшая лайка. Она сводная сестра Алмы, о которой был вот этот пост. Когда Алма погибла, решение взять щенка у меня возникло немедленно, хотя кто-то, возможно, сказал бы, что это безумие. Одиноким людям вообще не рекомендуется заводить животных. Только дело в том, что я категорически не планировала быть одинокой.

Я спешила из-за Лисы. Наша старшая так тосковала, что я всерьёз боялась потерять и её. Дружба у собак вообще проявляется странно. Порой кажется, что они совершенно равнодушны друг к другу, если не враждебны – то и дело рычание, мелкие стычки. Никаких проявлений нежности, внешней заботы, ничего. Лишь когда Алмы не стало, сделалось ясно, как много они значили друг для друга.

Сутки напролёт Лиса лежала совершенно ко всему безучастная, а на прогулках всё пыталась взять след. Вот я и привезла пушистый комочек. Лиса обнюхала, сказала мне по-собачьи: Фу, гадость! – а потом добавила: ну если тебе нравится, так и быть, оставим. Не мне решать!

Сейчас Аське год, и они души не чают друг в друге.

У неё полная родословная рабочих зверовых предков. Но охотиться мы не будем – у нас более серьёзные планы. Уже в три месяца Аська освоила все виды городского транспорта, включая метро, и разведала вместе со мной все окрестные собачьи площадки. Она не боится ни петард, ни салютов, ни людей, ни незнакомых собак. В ИК-4 у неё есть хороший знакомый – пёс-охранник по имени Блэк. Когда я приезжала без Аськи, он всегда справлялся о ней и передавал ей привет.

Да, нашим собакам пришлось очень туго, когда их хозяин был вынужден переехать в колонию-поселение в Рязанскую область. Тут ещё и я начала то и дело исчезать почти на сутки, уходила утром и возвращалась глубокой ночью. К сожалению, животным трудно что-то объяснить. И если Лиса в своей жизни повидала всякое, то активной и деятельной Аське, привыкшей быть со мной всегда и везде, это стало очень суровым испытанием.

Я тогда не оставляла попытки вернуться из Скопина в Москву более цивилизованным путём, нежели автостоп, но они терпели крах одна за другой. Как-то раз я договорилась с попутчиком по маршруту Рязань-Москва. Время отправления – девять вечера – казалось удачным, автобус до Рязани отправлялся из Скопина в шесть. На автобус я успела, но тут оказалось, что нет билетов. Более всего было обидно, что подвела попутчиков. В остальном же – что было делать! Снова трасса и фура до Подольска. Хорошо ещё, что с автостопом мне в тот раз повезло.

Перед поворотом на Подольск мне попался попутчик, который довёз меня по МКАД почти до дома – то есть до пересечения кольцевой с Осташковским шоссе. Дальше путь пешком после рязанских просторов показался совсем недолгим. Правда, было это уже за полночь. Дверь подъезда я открыла примерно так в половине второго ночи. Аська меня услышала – и, начав прыгать от радости на дверь, ухитрилась задвинуть изнутри щеколду и наглухо запереть себя и Лису в пустой квартире.

Повертев ключом безрезультатно в замке, я поняла, что произошло, а также - что ждать помощи абсолютно неоткуда. А в запертой квартире – две собаки, которым надо кушать, гулять и вообще жить. Как я уговаривала оператора МЧС – рассказывать не буду. Стыдно до сих пор. То была минута отчаяния и самого позорного малодушия.

Часа в три утра, в присутствии полицейского, проверив документы и получив мою подпись в журнале, наши спасители открыли дверь. Все – включая дверь – остались живы и целы, причём дверь после того, как открыли, ещё и поправили, так что следы взлома сейчас почти не видны. Выгуляв собак, я упала спать с чувством глубочайшей благодарности и удовлетворения.

Проснулась я от странного запаха. Весьма неприятного запаха, надо сказать. Несколько минут я не могла понять – неужели я так и забыла выгулять собак ночью?

Память возвращалась постепенно. Да вроде бы нет. Не забыла.
Ещё раз сходила с ними на улицу, вымыла пол. Через двадцать минут Аська снова топталась под дверью, поскуливая и тяжело дыша. Живот у неё был раздут и несколько перекошен.

Что же она съела вчера, чёрт побери? И где?
Вроде бы на улице ничего они не подбирали.
Я нашла не сразу. Это были таблетки от запора, бабушкино наследство, которое так и лежало с тех пор в шкафу. Шкаф Аська открыла, таблетки унесла в укромный уголок, где съела их все. Отдыхать мне больше не довелось. Мы бегали на улицу через каждые полчаса, в промежутках между которыми пили воду. Мудрая Лиса улыбалась на своей подстилке. Она-то таблеток не ела.

Я предложила товарищам по команде взять Аську на передержку на время, пока у нас всё утрясётся. Товарищи по команде вежливо отказались.

Сейчас Аська счастлива. Правда, приключения в Скопине не прошли для неё даром. Ей, как выяснилось, так понравились майские жуки у Вечного огня , что она теперь не пропускает ни одной бабочки и даже крупной мухи. Ловит их и ест. А что мордочка у неё на фото несколько обескураженная – так это её Ионов на холодильник посадил. Временно, конечно – просто чтобы сделать фотопортрет. Потому что иным путём заставить её не кусаться и не прыгать в тот момент было невозможно.

(Кстати вот он, этот Вечный Огонь.)
фото )


А вот как это выглядело полностью

msannelissa: (Default)
Нет, я не могу утверждать, что мой пёс меня дважды спас. Но и говорить, что этого не было, тоже не могу. Я не знаю. Правда.

В юности у меня был ризеншнауцер, огромный и чёрный. Он был косматый, как по породе и положено, с острыми купированными ушками, с характерным для этой породы мощным костяком и свободной, размашистой походкой. Он был страшен и красив одновременно. Все соседи его боялись, любили и ненавидели. Кто-то с восхищением провожал нас взглядом, кто-то переходил на другую сторону улицы. Хотя почему – непонятно. В жизни он своей никого не убил, не укусил и вообще не тронул. Но и мы с ним, в свою очередь, никого и никогда не боялись. Мы не уступали дороги никому. Наверное, дело в этом.

Это он научил меня, что лучший бой – тот, который не состоялся.
Он бесстрашно выходил навстречу самым отъявленным псам-забиякам и не дрался ни с одним из них. Начинался ритуальный танец с рычанием, вздыбленной шерстью, хвостами, поднятыми наподобие знамён – и так они ходили осторожными кругами, пока один не отворачивал в сторону. Второй следовал за ним – рядом, плечом к плечу. Потом оба повернули и так же бок о бок прошли в другую сторону. После этого к хозяевам вернулся дар речи и драчунов взяли на поводки… Так было не раз.

Мы однажды шли с ним, и я услышала скверные голоса впереди за кустами. Очень неприятные голоса. Кажется, это была компания подростков, ищущих приключений и не вполне трезвых. Очень бы хотелось избежать такой  встречи – но тропа была узкой, свернуть с неё некуда, да и для чего сворачивать? Мы прошли вперёд – и открылась картина ещё хуже, чем я ожидала. У них были палки и какая-то арматура в руках, и они крушили этим всё, что находили достойным внимания.

Чёрный пёс замер, как статуя. В этот миг полной неподвижности его ещё можно было остановить, отозвать. Дальше – нет. Он бросился вперёд по тропе и, пробегая мимо замершей компании, чуть вильнул корпусом. Двое ребят кувырком полетели в кусты. Я ни до, ни после этого случая не видела в людях такой перемены.
На меня смотрели невинные детские лица. Кто-то вежливо спросил, какая это порода.
- Это ризеншнауцер, ребята, - ответила я, и мы пошли дальше.

Второй раз это было тогда, когда рано утром, в незнакомых местах, мы прошли через спящую деревню и разбудили собак, лениво залаявших нам вслед. Но вот мы уже вышли на лесную дорогу, а собаки всё не унимались. Это было как-то тревожно. Я решила, что повернём назад – и тут нам навстречу вышло это
Ничего особенного. Просто мужчина. Явно кто-то из местных, но почему он шёл за мной? Он мне показался очень большим, и – у него было какое-то особенно неприятное лицо. Именно такие лица называют звериными. Может быть, мне и показалось. Может быть, у него с рождения всегда такое лицо. Не знаю.
Не могу сказать, потому что между нами оказался мой чёрный пёс. Он вообще ничего не сделал, даже не зарычал. Просто посмотрел и просто улыбнулся своей волчьей улыбкой. Мы прошли своей дорогой в одну сторону, этот человек – в другую.

Вот и не могу теперь сказать ничего. Может быть, всё это было всего лишь игрой воображения.

Этот как однажды, в конце февраля, мы с Володей (моим первым мужем) переходили улицу – а под ногами «лужковский компот» из талого снега, реагента и воды, на котором автомобилю, кажется, вообще затормозить невозможно. Он вылетел из-за поворота, тот автомобиль.
Я видела – иномарка пропахала две жёлтых, сразу налившихся водой колеи на мокром белом снегу. Знаю этот приём – мне и самой доводилось так сбрасывать скоростьна газоне.

Так уж устроен этот весёлый мир, что смерть подходит к нам сзади, улыбается и идёт дальше – а мы даже не чувствуем затылком её ледяного дыхания. С полным правом опытного человека мы говорим, что всё дозволено, всё правильно, всё хорошо – ну а тот, чей опыт говорит иное, тот никому уже ничего не расскажет.
msannelissa: (Default)
Год с тех пор, как её нет.
Тогда было такое же тихое праздничное утро. Очень рано - ещё все спали - мы вышли погулять и немного поработать. И тогда, впервые в своей жизни, она сделала мне комплекс на полном расстоянии, без продвижки – спортсмены-кинологи знают, что это такое. В нас никто не верил и не мог подумать, что нам это удастся. Моя лайка, почти ещё щенок – а у лаек и у волков самое долгое детство! – в свои два с половиной года начала стремительно умнеть. Но увы, поумнеть окончательно не успела... И когда мы сделали это – она вдруг, в щенячьем восторге, подхватила что-то с земли у самого подъезда и проглотила быстрее, чем я это успела у неё из пасти вытряхнуть. Лайки вообще отличаются подвижностью, прекрасной реакцией и очень хорошим чутьём.

И тогда я сделала ошибку, стоившую жизни. Впрочем, эту ошибку мог сделать даже врач. Да она и сделала – я же позвонила в ветклинику сразу. Даже врач вам может сказать: влейте в пасть раствор и подождите, пока рвота наступит. А вот именно ждать-то и нельзя. Они добавляют в отравленные приманки противорвотное. И на всё про всё у вас не больше тридцати минут.

Я тогда решила, что не буду ни искать, ни мстить. Просто написала: вон из моей жизни, из моих мыслей, из моей памяти. Той же точки зрения придерживаюсь и теперь. Кем бы оно ни было, это существо, тщательно готовившее отраву и затем ползавшее праздничной ночью вокруг наших подъездов, гонимое головной болью и одиночеством – не стоит оно даже доли нашего внимания. Просто будьте бдительны. Это как в грязь наступить. Моя девочка, моя Алма, моя белая лайка-птица, так любившая танцевать – ты была всего лишь собакой, но при этом более счастливой, нужной, любимой, нежели двуногое ничтожество, которому твоя смерть принесла лишь миг краткого торжества.

Своей цели оно не добилось. Вообще отравление собак, поджоги машин – это разновидность терроризма. Пусть не столь опасная – как бывают акулы длиной всего полметра. Но все-таки они акулы. Так и это – полноценный терроризм, то есть попытки больного на голову меньшинства заставить всё общество жить по своим правилам путём запугивания (террора) с использованием насильственных противозаконных методов.

И главное тут – никогда не выполнять требования террористов.
Мы не ходим в наморднике. Ни в каких правилах этого требования нет. Ночью, в сумерках, в условиях ограниченной видимости – да. Я и дома в воспитательных целях иногда кое-на-кого намордник надеть могу. А на улице днём – не дождётесь, можете тихо корчиться дальше.
Мы не ходим демонстративно с пакетиками. Я не для того заводила собак, чтобы «нагибаться» к экскрементам. Не царское дело. А каким способом мы всё же поддерживаем чистоту, никого не касается.
Мы не прячемся, не боимся, не избегаем людных мест. И само собой, место Алмы заняла её младшая сестра. Так же точно к нам бегут дети, так же улыбаются старушки, с тем же уважением смотрят мужчины. Собак в городе меньше не стало, не надейтесь. Для вас - всё было зря.

И я тоже – не умерла, не переехала, не освободила квартиру, не изменила в своей жизни практически ничего. Да, попала, конечно, в больницу, но ведь совсем ненадолго. Отсеялся кто-то из знакомых, кого я напрасно считала своими друзьями. Бывший тренер, бывшие друзья по команде, не поддержавшие в беде и не позвонившие ни разу с тех пор. Стоит ли жалеть о таких друзьях? Я их заменила, и команду и тренера - и оно к лучшему.

Удивительным образом те, кого больше нет, всё-таки остаются с нами, и мы чувствуем их любовь, поддержку и помощь.







msannelissa: (Default)
Анна – Александру, май 2015 года.
Письмо приводится с сокращениями и дополнениями.

Здравствуй, Саша,
Писем от тебя еще не пришло. Пишу наугад, адрес нашла в инете. Еще неизвестно, сколько это письмо будет идти до тебя.

Мы тут как-то держимся, твержу себе, чтоб не раскисать и что уныние – грех.
Собаки лежат, тормошу их. Лиска, старая перечница, а туда же, едва не сбежала искать тебя. Хорошо, был вечер, а она в темноте почти совсем не видит. Теперь вот только на поводке ее вожу.

Рассказать тебе, как мы тогда вернулись?
Мы просто ушли. Я подумала – а зачем такси, ну приеду в Скопин, и что делать там до шести утра? Вряд ли нас в Москву-то бы, за 300 километров на ночь глядя, кто-то довез. Лучше хоть несколько часов скоротать в дороге. В общем, там действительно километров 20. Причем ночью с холма город – как на ладони, кажется, что вот уже и пришли, но нет, оттуда еще примерно столько же ходу.

Ночью на дороге два врага – лужи и фары. Фары слепят и под ногами ничего становится не видно, одна чернота, а лужи так и подстерегают. Я так все-таки влетела пару раз в лужу почти по колено. Мимо кладбища особо весело было идти, конечно. Оно там без забора у самой дороги, ха! - шаг, и там. Но все равно к полуночи мы уже не только что были в городе, но и автовокзал нашли.

В Скопин ежедневно ходят четыре автобусных рейса из Москвы. Один утром и после обеда три. Если едешь утренним рейсом, есть возможность вернуться в тот же день вечером. Позже – нет. Только на своей машине, а если нет ее? Стоимость билета на автобус в один конец – больше шестисот рублей. От Скопина мимо ИТК-4 ходят маршрутки, но только днем. Таксисты берут еще 500 рублей за дорогу от Скопина до колонии. Есть ли у твоей одинокой матери хоть призрачная возможность теперь увидеть тебя? А не видеть – лучше и не жить. Собак мне оставить не с кем одних. Кому они мстят?

И потом, знаешь, мне нужно было побыть одной. Собаки не в счет.

В городе этом Скопине ночью ни души. Где-то в час ночи даже фонари гаснут. Во всем городе только и света, что Вечный Огонь на площади. Вот мы возле него и стояли, и плакали обо всех без вести павших и обо всех безвинно севших!
Да, собаки умеют плакать. Они и улыбаться умеют. Плакать тоже. Слезы у них маленькие и мутные. Я видела такое всего два раза в жизни, второй раз – сейчас.

Еды я не брала ни себе, ни собакам, т.к. думала, что в тот же день вернемся. Аська несколько майских жуков съела. Они там в огонь влетали и падали… А Лиске вообще не досталось ничего. На обратном пути их женщины пирожками накормили. Да и меня немного тоже. Стыдно, я даже имя не спросила ни у кого из них. Но ничего, еще встретимся! Может быть, еще и не раз.

Они меня спрашивали, не страшно ли было ночью. А чего бояться-то? Страшнее судьи с прокурором нет никого, а они в Москве. Так и сказала!

Позвонила Галине Викторовне из нашей команды. Она живет совсем близко от нас, и может меня выручить, если придется оставить собак надолго. Оказалось, у нее большая беда с мамой. Почки плохо действуют, отсюда общее отравление организма и проблемы с мозгом - в общем, стала неадекватна. Галя из-за этого не может ее оставить и уже никуда не может уехать, ни на Россию, ни на Мир, никуда. Глупо лезть к людям с советами, но все-таки я поищу, какое питание может помочь при таких проблемах. Мне все-таки кажется, что помочь может, и сильно! И ты, если что-то вспомнишь – пиши.
До свидания. Я буду очень ждать твоих писем.
Думаю о тебе.
А.
msannelissa: (Default)
Раз уж речь о собаках зашла.
Меня никогда не кусали по-серьезному собаки. Задевали случайно – было, чаще в игре. А вот маму дважды порвали по-настоящему. Мама – это мама моего мужа. Очень не люблю  слово свекровь. Мама – она мама и есть, что уж тут!
Он тогда был совсем малышом, а мама – миниатюрной хрупкой женщиной. Собака напала внезапно и сзади, сбила с ног, катала по земле, рвала. Всё, что мама успела услышать – это быстрый шорох за спиной и звон. Это цепь звенела, обрывок цепи. Оглянуться еще успела и закрыть руками лицо. Руки-то и пострадали больше всего. Шрамы видны до сих пор.
Огромная овчарка. А ведь мама ничего плохого вообще не делала, шла через двор, несла эскизы.
Могла ли она как-то избежать этой беды?
(Варианты: не ходить через двор, нанять охрану, отравить всех собак в городе – не принимаются, они не интересны.)

Мой ответ – могла. Или даже точнее: если бы на месте мамы оказалась опытная девушка-кинолог, инструктор – она не пострадала бы, при тех же вводных.
Почему?
Потому что, во-первых – это очень трусливая собака.
Во-вторых – это не обученная собака, не умеющая по-настоящему противостоять человеку.
В-третьих – посмотрите, при случае, на то, как проходит тестовая проверка нервной системы рабочей овчарки (как и любой другой служебной породы). Вы увидите, что только одна из нескольких десятков собак способна без подготовки выдержать так называемую лобовую атаку. Впрочем, цифры могут меняться, будучи зависимы от состояния породы, т.е. качества племенной работы с ней.
Но в любом случае, если уж такая собака есть, то хозяин будет её очень беречь. Даром, что ли, он искал заводчика, бегал по выставкам и состязаниям, спрашивал знакомых, стоял в очереди на щенка, платил за него немалые деньги, тщательно следил за его здоровьем и питанием, дневал и ночевал на дрессировочной площадке, сдавал испытания? Про таких собак кинологи говорят: если вдруг пошлют на задание, я собаку собой закрою. Потому что это – не просто собственность, друг, товарищ, это три-четыре года жизни инструктора, не меньше.

Подготовленные собаки не нападают на женщин на улицах. Это как бояться, что вот сейчас лично чемпион мира по боям без правил встретит вас в темной подворотне и побьет. Он-то мог бы, только зачем ему это?

Нападают же подлецы и трусы. Это в равной степени относится как к людям, так и к собакам.
Каждый знает, что нельзя бояться собак и нельзя от них бежать. Но если с «бежать» всё очевидно, то «бояться» допускает разные трактовки. Мало кто боится собак панически. Но просто опасаться их, сторониться, испытывать робость и дискомфорт - уже достаточно для того, чтобы в случае опасной ситуации стать пострадавшим.

Атака собаки – всегда атака психическая. Городской культурный житель в случае опасности склонен идти мимо, не обращать на безобразие внимания, делать вид, что ничего не происходит и т.п. В случае собачьей агрессии это – роковая ошибка. От нападения собаки нет иной защиты, кроме нападения. Никакой обороны: вы – или хищник, или его жертва. Третьего тут не дано.
Собака нападает очень быстро, но у вас все-таки есть несколько секунд. Их достаточно, чтобы развернуться навстречу и бить со всей силы тем предметом, который окажется у вас в руках. Хоть папкой с эскизами, хоть зонтом, хоть кофтой, быстро скинутой с плеч. Никаких «имитаций замаха» - бить наверняка! В этот момент вам должна быть позарез нужна нижняя челюсть данной собаки. Вы должны мысленно видеть тот брелочек, который выпилите из нее себе на память.

Бояться чего-то, жалеть животное, стесняться прохожих, сокрушаться о сломанных об собаку вещах – все это вы будете делать потом. Повторюсь: этот номер не пройдет с кровным ротвейлером или немецкой овчаркой, тем более – подготовленным. Но цепной агрессивный полкан, будь он хоть ростом с теленка, с визгом отскочит и умчится прочь на той же скорости, на какой он только что бежал вас рвать.

Эта способность собак мгновенно переходить от яростной атаки к паническому бегству особенно впечатляла меня на примере стай московских дворняг. К счастью, их сейчас  почти не осталось. Только что стая с ревом летела нас убивать – и вот уже несутся в другом направлении, только хвосты не трубой, а поджаты, и громкость та же, только вместо рева – жалобный визг.

Подлая шакалья логика. Кто напал – тот прав. На кого написали заявление – тот виновен. По определению. И задача следствия не выявить истину,  а собрать доказательства виновности. Любой ценой.

Вспоминаются мне слова из прекрасного финского фильма: кажется, эта собака-жизнь снова укусила тебя?
msannelissa: (Default)

... Вот эта вот самая собака. Привожу рассказ о том, как мы с ней встретились, ничего в рассказе не меняя. Это было написано давно.

Почему собака называется собакой? Уж не знаю, что скажут лингвисты и как они со мной согласятся. Но наверняка это слово появилось неспроста. Только послушайте... Со-общество. Со-дружество. Со-трудничество. Со-бака.

В мире есть много прекрасных зверей: львы и олени, кони и лебеди. Все они на свой лад умеют любить и все приручаются, даже самые хищные и дикие. Но конь без седла -- все равно конь. Да и кошка, гуляя в одиночестве, остается сама собой.

А Со-бака - кто она без человека? Вообще никто. Бака какая-то.

Мне не довелось быть заводчицей, как-то не сложилось в жизни. Но знакомая говорила: как только баки начинают подрастать, в них просыпается безумный, безудержный интерес к человеку. Их влечет, точно магнитом, к каждому, кто переступает порог. Маленькие мордочки тянутся навстречу, лапки скребут о край манежа, хвостики дрожат от возбуждения. В глазах вопрос. Ими движет инстинкт, созданный веками Со-дружества. Им не терпится, они должны скорее, скорее стать собой! Они должны стать Со-баками...

Но и человеку худо без Со-баки. В мире есть много прекрасных зверей, и нет такого, которого человек не смог бы приручить. Можно завести белку, барсука: они откроют вам тайны леса. Настоящие, смелые мужчины уже научились возглавлять на дельтапланах гусиные стаи и кормить под водой акул.
А Со-бака... Что о ней скажешь? Это часть тебя самого, так что же сказать о самом себе? Без Со-баки и дом не дом, и ты уже как будто не совсем ты.
Падает взгляд на то место, где обычно спал пес, и видит пустоту. Можно уехать из дома на день, на два, на неделю - и не звонить каждый день с тревогой, не отмочил ли чего-нибуть пес и не захворал ли он там без меня. Впрочем, по большому счету оно и лучше - уехать...

Бака лежала под скамьей в электричке. Вокруг было очень сильно намусорено. Вероятно, тут ехала компания, они пили пиво, ели чипсы и соленые орешки. Все это легко читалось по следам, которые они после себя оставили. Может быть, ее угостили чипсом, приняли в веселое общество, и она радостно сидела с ними, хотя едва ли ради чипса. Просто эти люди были похожи на ее прежних хозяев. Они могли бросить на пол подачку, могли обругать, ударить. Но все это было неважно. На сорок минут она снова, как раньше, стала Со-бакой. Но поезд прибыл на конечную станцию, там они вышли, а она осталась.
Она давно научилась не навязываться, не подходить, если не звали. Она разрешила погладить грязную, свалявшуюся шерсть. Неужели эрдель? Странно... Хотя так ли странно? Незадолго до того я видела на помойке борзую. Видела дога, в тоске метавшегося у входа в метро. В те времена, сразу после дефолта, на улице мог оказаться кто угодно. Но откуда это чувство, что я уже не выйду без нее из этого вагона?

Ей было все равно. Я нисколько не походила на ее прежних хозяев. Вероятно, я скорее напоминала ей дрессировщика, которого она боялась и ненавидела, но знала, что его надо слушаться. Ошейника нет. Как быть? Станция наша не была конечной. Мысленным взором я уже видела: она провожает меня до тамбура, вздыхает перед открывшейся дверью вагона... Лучше уж теплый вагон и скамейки, чем мокрый перрон и неизвестно какой человек. Мало ли их, этих людей? От них чего только не натерпишься. Мысли метались лихорадочно: веревку? Ну хоть бы шнурок от ботинка! Иначе или мы расстанемся, или я поеду с ней в Клин.

Я уж не буду говорить, из чего я в итоге свила петлю. Думаю, женщины поймут меня и так - и почему бы нам не иметь своей маленькой тайны?Да, она немного уперлась на выходе из вагона. Прочь сомнения! Рядом! У меня странная собака: до сих пор команда "Рядом" остается ее любимой командой.
Да и диалог на пороге дома получился презабавный. Все-таки из командировки ждали меня одну. А это что?
-- Это эрдель!
С нее, наверное, смыли тонну грязи и шерсти. И вот она выскочила, отряхиваясь. Легла. Пожевала полотенце. Хвостик, раньше все время опущенный, теперь почти лежал на спине. Я вспомнила, что хвост у эрдельки называется по-охотничьи джойстиком.

Она снова стала Со-бакой. Теперь навсегда.

Profile

msannelissa: (Default)
msannelissa

July 2017

S M T W T F S
      1
23 45678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 10:33 pm
Powered by Dreamwidth Studios