![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
msannelissaНе могу удержаться от ещё одного перепоста. В нашумевшей недавно публикации широко уважаемый автор Павел Шипилин замечал следующее:
… если вы внимательно следите за вбросами, которые потом весьма профессионально раскручиваются в интернете, то наверняка сами можете привести много примеров тщательно планируемых и реализованных кампаний по дискредитации российской власти. Атакуются все четыре ее ветви: исполнительная (президент и кабинет министров),законодательная (Федеральное собрание и отдельные депутаты), судебная («телефонное право», «басманный суд» и т. д.) и духовная (Русская православная церковь).
Такие дела! Целые, однако, кампании. По дискредитации. Нашей. Родной. Власти! У вас не сжимаются кулаки от негодования? У меня почти начали сжиматься. Ведь я снова наткнулась на свидетельство, дискредитирующее нашу правоохранительную систему.
Ниже – документ, не требующий никаких пояснений. Источник здесь. Это – Постановление Ленинского районного суда города Владивостока о досрочном освобождении заключённого. Некий Антон Ли был приговорён к пяти годам общего режима, но освобождён через три года и девять дней. Прекрасная новость на первый взгляд, не так ли? Для меня «человек освободился» звучат теперь почти как «человек родился». Но увы! Сейчас вы увидите, что в наших судах не бывает радостных новостей.
Я не знаю, что совершил незнакомый мне парень с корейской фамилией Ли. Мне неинтересно. Это и не должно быть интересно законопослушным гражданам, доверяющим суду. Это не должно быть интересно ни соседям, ни журналистам, ни заключённым, ни сотрудникам ФСИН – словом, никому, кроме близких друзей. Суд рассмотрел дело, и суд определил меру наказания. Всё, что требовалось от руководства и сотрудников колонии – это исполнять должностные инструкции. Точка.
Но на самом деле картина совершенно иная. Суд приговорил человека к пяти годам лишения свободы. Суд не назначал ему наказания в виде смерти, инвалидности, трепанации черепа и комы. Стало быть, в колонии тоже плевали на суд? Вынесли вердикт и учинили расправу сами? О каком авторитете суда может после этого идти речь?
Кстати, и само постановление тоже вызывает вопросы. Во вводной части сказано, что осуждённый Ли А.Г. на заседании присутствовал. Далее же сообщается, что он находился в коме. Как же суд обеспечил его явку? Осуждённого на каталке привезли?
Из материалов о тыкающих либералах, опубликованных ранее, следует, что наше российское общество уже молчаливо признаёт полное отсутствие самостоятельности судебных решений. Суд фактически не определяет виновность обвиняемого. За него – и до него! – это делают следствие и прокуратура. Теперь же оказывается, что и меру наказания определяет не суд. Что же остаётся на его долю? Кто дискредитирует судебную ветвь власти, если не она сама? И кто, наконец, защитит эту власть от самой себя?
… если вы внимательно следите за вбросами, которые потом весьма профессионально раскручиваются в интернете, то наверняка сами можете привести много примеров тщательно планируемых и реализованных кампаний по дискредитации российской власти. Атакуются все четыре ее ветви: исполнительная (президент и кабинет министров),законодательная (Федеральное собрание и отдельные депутаты), судебная («телефонное право», «басманный суд» и т. д.) и духовная (Русская православная церковь).
Такие дела! Целые, однако, кампании. По дискредитации. Нашей. Родной. Власти! У вас не сжимаются кулаки от негодования? У меня почти начали сжиматься. Ведь я снова наткнулась на свидетельство, дискредитирующее нашу правоохранительную систему.
Ниже – документ, не требующий никаких пояснений. Источник здесь. Это – Постановление Ленинского районного суда города Владивостока о досрочном освобождении заключённого. Некий Антон Ли был приговорён к пяти годам общего режима, но освобождён через три года и девять дней. Прекрасная новость на первый взгляд, не так ли? Для меня «человек освободился» звучат теперь почти как «человек родился». Но увы! Сейчас вы увидите, что в наших судах не бывает радостных новостей.
Я не знаю, что совершил незнакомый мне парень с корейской фамилией Ли. Мне неинтересно. Это и не должно быть интересно законопослушным гражданам, доверяющим суду. Это не должно быть интересно ни соседям, ни журналистам, ни заключённым, ни сотрудникам ФСИН – словом, никому, кроме близких друзей. Суд рассмотрел дело, и суд определил меру наказания. Всё, что требовалось от руководства и сотрудников колонии – это исполнять должностные инструкции. Точка.
Но на самом деле картина совершенно иная. Суд приговорил человека к пяти годам лишения свободы. Суд не назначал ему наказания в виде смерти, инвалидности, трепанации черепа и комы. Стало быть, в колонии тоже плевали на суд? Вынесли вердикт и учинили расправу сами? О каком авторитете суда может после этого идти речь?
Кстати, и само постановление тоже вызывает вопросы. Во вводной части сказано, что осуждённый Ли А.Г. на заседании присутствовал. Далее же сообщается, что он находился в коме. Как же суд обеспечил его явку? Осуждённого на каталке привезли?
Из материалов о тыкающих либералах, опубликованных ранее, следует, что наше российское общество уже молчаливо признаёт полное отсутствие самостоятельности судебных решений. Суд фактически не определяет виновность обвиняемого. За него – и до него! – это делают следствие и прокуратура. Теперь же оказывается, что и меру наказания определяет не суд. Что же остаётся на его долю? Кто дискредитирует судебную ветвь власти, если не она сама? И кто, наконец, защитит эту власть от самой себя?
